Информационное письмо
Образец оформления статьи
Анкета автора
21.03.2017

Оптические характеристики наночастиц вольфрама в матрице PETN на длине волны 1064 нм

Агеев Федор Александрович
Магистрант 1 года обучения институт фундаментальных наук, кафедра химии твердого тела и химического материаловедения, Кемеровский государственный университет, Кемерово, Россия
Аннотация: В статье представлены результаты расчетов оптических свойств наночастиц вольфрама в прозрачной матрице с параметрами тетранитратапентаэритрита: максимальное значение коэффициента эффективности поглощения равно 1.71 при радиусе наночастицы вольфрама 95 нм, максимальное значение коэффициента эффективности рассеяния равняется 1.94 при радиусе 123 нм, а максимальное значение коэффициента эффективности экстинкции равно 3.49 при радиусе 111 нм. Индикатрису рассеяния до радиуса равному 140 нм можно считать сферической, выше 140 нм же она становится ассиметричной, вытянутой назад. Результаты работы необходимы для создания капсюлей оптических детонаторов, портативных датчиков солнечной активности.
Ключевые слова: Коэффициент эффективности поглощения, наночастицы, индикатриса рассеяния, пентаэритриттетранитрат, теория Ми
Электронная версия
Скачать (1.05 Mb)

Композиты на основе прозрачной матрицы и наночастиц ряда металлов представляют особый интерес для создания новых исполнительных устройств [2, c. 153, 10, c. 184, 34, c. 398]. Поэтому экспериментальному и теоретическому исследованию оптических свойств наночастиц в прозрачных матрицах посвящен широкий спектр работ [24, c. 27, 35, c. 60]. Процессы поглощения и рассеяния света наночастицами могут применяться в солнечных батареях, переключающих устройствах нелинейной оптики и оптических детонаторах [2, c. 153, 7, c. 27]. Композиты на основе вольфрама широко востребованы в качестве прочного, износостойкого материала. Кроме того, на практике используется высокая каталитическая активность наночастиц вольфрама. В перспективе, этот материал послужит заменой дорогих металлов в катализаторах химических реакций. Для оптимизации производственного процесса возможно локальное нагревание катализатора лазерным импульсным излучением. Взаимодействие света с наночастицей приводит к ее нагреванию и может инициировать не только каталитические химические реакции, но и нелинейные физико-химические процессы в матрице [20, c. 28, 28, c. 31]. В случае устройств нелинейной оптики возникающие термоупругие напряжения играют негативную роль и способны разрушить потребительные свойства материалов. С другой стороны, оптимизация составов фотокатализаторов, портативных актинометрических датчиков измерения солнечной активности, а также капсюлей оптических детонаторов требует интенсификации процессов нагревания образца [3, c. 804, 6, c. 1019].

В работе [30, c. 35] рассматривалась возможность использования материалов на основе прозрачной матрицы и наночастиц вольфрама для разработки актинометрических датчиков и оптических детонаторов. Таким образом, спектр применения наночастиц вольфрама весьма широк: и простирается от здравоохранения [30, c. 35] до создания безопасных оптических детонаторов на основе PETN, для замены опасных в хранении и подверженных несанкционированному срабатыванию электродетонаторов на основе инициирующих взрывчатых веществ [22, c. 29, 28, c. 30]. Во всех актуальных приложениях в первую очередь важны поглощающие свойства наночастиц, которые определяют эффективность взаимодействия излучения с веществом [5, c. 578, 11, c. 137, 15, c. 34]. В тоже время в ряде случаях рассеивающие свойства наночастиц опосредованно влияют на эффективность нагревания наночастицы светом за счет повышения коэффициента освещенности в образце, процессов многократного рассеивания на наночастицах и отражения от границ образца [4, c. 686, 9, c. 105, 25, c. 751].

Целью настоящей работы является оценка коэффициентов эффективности поглощения и рассеяния наночастиц вольфрама в прозрачных матрицах с параметрами тетранитратапентаэритрита (PETN) для основной гармоники неодимового лазера.

Методика для расчета оптических свойств индивидуальных наночастиц рассеянно распределенных в прозрачной матрице известного показателя преломления (ma) разработана более ста лет назад и получила название теория Ми. Она имеет насколько модификаций. Однако общий подход: определение коэффициентов эффективности экстинкции (Qext), рассеяния (Qsca) и поглощения (Qabs) суммированием слагаемых разложения этих величин. Однако Qabs при этом, может рассчитываться как разность Qext и Qsca, автоматически обеспечивая выполнение закона сохранения энергии [12, c. 38, 16, c. 159, 27, c. 38].

Для получения достаточно точного результата следует суммировать не менее 70 слагаемых, что в настоящее время с появлением быстродействующих компьютеров не является неразрешимой задачей. Однако решение задачи открывает возможность моделировать распространение света в композитах на основе прозрачной матрицы и наночастиц, используя современные методы решения уравнений переноса [4, c. 686, 9, c. 105, 25, c. 751]. В этом случае, возможен расчет коэффициентов отражения, прохождения, распределение поглощенной энергии в образце в зависимости от формы таблеток и длины волны света [4, c. 686, 33, c. 123, 37, c. 88]. Многократное рассеивания наночастицах в условиях больших (>0.7) величин альбедо однократного рассеяния может существенно увеличить коэффициенты освещенности в различных частях образца [33, c. 124,]. Следствием рассеяния света наночастицами и отражения от границ образца является экспериментально наблюдаемое увеличение коэффициента отражения и уменьшение коэффициента прохождения света [8, c. 127]. Создана методика решения этой задачи и разработаны комплексы программ расчета оптических свойств наночастиц и композитов на их основе [13, c. 55, 18, c. 61]. Они включают расчет и визуализацию актуальных зависимостей оптических характеристик от радиуса наночастиц и длины волны света [19, с. 29]. В некоторых работах проведен учет оксидной пленки на поверхности наночастицы [21, с. 25], изменение радиуса и комплексного показатель преломления с нагреванием [13, c. 56, 14, c. 23].

Расчеты оптических свойств проводились в системе MatLab (научная лицензия № 824977). Для расчета оптических свойств наночастиц вольфрама: коэффициентов эффективности поглощения, рассеяния и экстинкции в прозрачной матрице с показателем преломления (ma) 1.54 (PETN) на длине волны 1064 нм (основная гармоника неодимового лазера) необходим комплексный показатель преломления (mi). В работе [30, с. 35] наряду с другими длинами волн определено значение mi вольфрама на длине волны основной гармонике неодимового лазера. Эта величина составила значение 2.986-3.763i [30, с. 35]. Длина волны, как и матрица выбрана не случайно. Неодимовый лазер в настоящее время является наиболее мощным в наносекундном диапазоне, способным генерировать пучки с воспроизводимыми энергетическими и пространственно-временными характеристиками [38, с. 99]. Поэтому исследованию оптических свойств наночастиц различных металлов в матрице PETN на длине волны основной гармонике неодимового лазера посвящено много работ [1-41]. Значение комплексный показатель преломления определяет оптические свойства наночастиц.

Рисунок 1 – Зависимость значения коэффициентов эффективности поглощения Qabs (сплошная линия), рассеяния Qsca (штриховая линия) и экстинкции Qext (штрих пунктир) от радиуса наночастицы вольфрама R для основной гармоники неодимового лазера
Рисунок 1 – Зависимость значения коэффициентов эффективности поглощения Qabs(сплошная линия),
рассеяния Qsca (штриховая линия) и экстинкции Qext (штрих пунктир) от радиуса наночастицы вольфрама R для основной гармоники неодимового лазера

Для алюминия mi = 0.98-8.03i [31, с. 120], мы видим, что действительная часть mi практически в три раза меньше, чем для вольфрама, а мнимая почти в три раза меньше. Для никеля и кобальта, также широко исследуемого металла для сенсибилизации PETN, значения mi равны соответственно 2.8906 -5.1974i и 3.7505-5.4647i [1, c. 629, 32, c. 341]. Действительные части достаточно близки, мнимые несколько отличаются. Комплексные показатели преломления ванадия (2.705-4.170i) [41, с. 54], олова (3.44-7.34i) [17, с. 79] и вольфрама близки, поэтому оптические свойства тоже должны быть близкими. В тоже время для металлов золота (0.179-6.044i) [36, с. 150], серебра (0.15-6.0i) [26, с. 1012] и меди (0.197-6.272i) [39, с. 53] действительные части комплексного показателя преломления меньше в пятнадцать раз, мнимые больше в два раза. Посмотрим, как эти отличия проявятся в зависимостях коэффициентов эффективности экстинкции, рассеяния и поглощения от радиуса.

Используя комплексный показатель преломления 2.986-3.763i вольфрама на длине волны основной гармоники неодимового лазера, рассчитаны зависимости коэффициентов эффективности поглощения, рассеяния и экстинкции наночастицам вольфрама в матрице PETN. Результаты представлены на рисунке 1. Кривая поглощения имеет максимум (Qabs = 1.7095), который наблюдается при радиусе наночастицы вольфрама в PETN R = 94.6 нм. При меньших значениях радиуса включения Qabs стремительно уменьшается и стремится к нулю по закону Рэлея, при больших значениях радиусов Qabs очень медленно уменьшается с затухающими осцилляциями. Несмотря на значительные расхождения в значениях комплексного показателя преломления общий вид зависимостей Qabs(R) вольфрама, металлов подгруппы железа, алюминия, золота, серебра и меди одинаковый [1-41]. Мало отличаются и значения оптимальных для поглощения наночастиц: от 92 нм для ванадия, до 100 нм для алюминия. Для вольфрама, серебра, золота, меди, кобальта, никеля отличия в оптимальных для поглощения радиусов менее 2 нм. В тоже время абсолютные значения максимальных значений Qabs отличаются существенно. Для группы металлов вольфрам, никель, кобальт, ванадий для которых значения mi близки максимальные значения сечений поглощения также отличаются не очень сильно от 1.26 для никеля до 1.64 для ванадия. Для алюминия максимальный коэффициент эффективности поглощения всего 0.3, для наночастиц золота, серебра и меди и того меньше- всего около 0.1. Обращает внимание, что максимальный коэффициент эффективности поглощения наночастиц вольфрама больше всех перечисленных металлов, что необходимо использовать в исполнительных устройствах нелинейной оптики и оптических детонаторах [29, с. 74].

Однако кроме непосредственного поглощения, большие значения коэффициентов эффективности рассеяния могут привести к значительному увеличению освещенности в образце [4, c. 686, 9, c. 105, 25, c. 751]. Зависимость коэффициента эффективности рассеяния от радиуса наночастиц вольфрама имеет максимум (Qsca = 1.9377), который наблюдается при радиусе наночастицы вольфрама в матрице PETN R = 123.3 нм. Зависимость коэффициента экстинкции также имеет максимум (Qext = 3.49) при радиусе наночастицы R = 111.4 нм. Стоит особо отметить, что коэффициент эффективности поглощения имеет значения больше коэффициента эффективности рассеяния в довольно широком диапазоне радиусов наночастицы вольфрама (вплоть до 100 нм). А в районе максимума коэффициента эффективности поглощения Qsca и Qabs достаточно близки. Если сравнивать рассеивающие свойства наночастиц различных металлов, можно констатировать близость этих величин для исследуемых в работах [1-41] металлов.

Значительно большими особенностями отличается индикатриса рассеяния наночастиц – нормированное угловое распределение интенсивности рассеяния света I(θ). Эта функция показывает относительную плотность энергии, рассеянную на угол θ от первоначального направления света. Геометрия задачи определяет сферическую симметрию зависимости I(θ), типичную для такого направления исследований. Расчет зависимости индикатрисы рассеяния осуществляется в диапазоне от 0 до 180о с шагом одна стотысячная (диапазоне): tetha=0:pi/10000:pi. Такая точность необходима для получения достоверных данных. Далее рассчитывается индикатриса рассеяния (ind). Нормировочный интеграл trapz(tetha/pi,ind) (равен 1) проверяет точность и корректность проведенного расчета.

Рисунок 2 – Индикатриса рассеяния света с длиной волны 1064 нм наночастицы вольфрама радиуса 125 нм в матрице с показателем преломлений 1.54 (PETN)
Рисунок 2 – Индикатриса рассеяния света с длиной волны 1064 нм
наночастицы вольфрама радиуса 125 нм в матрице с показателем преломлений 1.54 (PETN)

На рисунке 2 приведена индикатриса рассеяния I(θ), рассчитанная для наночастиц вольфрама радиуса 123 нм в матрице с показателем преломлений 1.54 (PETN). Рассчитанная индикатриса рассеяния имеет симметричный вид. В анизотропных средах индикатриса рассеяния вытянута вперед и значение среднего косинуса (Scos) чуть меньше 1. Ограничение сверху достаточно естественно: среднее значение косинуса угла не может быть больше 1. Знак равенства означает, что вся рассеянная энергия распространяется в первоначальном направлении под углом 0.

Индикатриса рассеяния имеет максимум (40,5°) при радиусе наночастицы вольфрама 125 нм. Для наночастиц вольфрама от 30 нм до 200 нм с шагом 10 нм значения среднего косинуса образуют массив: -0.0020, -0.0048, -0.0087, -0.0134, -0.0177, -0.0205, -0.0208, -0.0184, -0.0147, -0.0120, -0.0140, -0.0247, -0.0481, -0.0859, -0.1361, -0.1917, -0.2439, -0.2870, -0.3208. Значения среднего косинуса везде отрицательны. При увеличении радиуса наночастицы начиная со 140 нм (средний косинус -0.0481) индикатриса рассеяния меняет вид и становится ассиметричной.

Рисунок 3 – Отношение энергий света с длиной волны 1064 нм, рассеянных назад (S-)и вперед (S+), наночастицами вольфрама в матрице с показателем преломлений 1.54 (PETN)
Рисунок 3 – Отношение энергий света с длиной волны 1064 нм, рассеянных назад (S-)и вперед (S+),
наночастицами вольфрама в матрице с показателем преломлений 1.54 (PETN)

Наглядной характеристикой индикатрисы, определяющей часть рассеянной вперед энергии, является величина S+, и величина S- определяет часть энергии, рассеянной назад по отношению к направлению первоначального распространения света. Эти характеристики отличаются от средних косинусов и определяется для каждого радиуса наночастиц интегралом TTT_m(ir)= trapz(tetha((length(tetha)-1)/2+1: length(tetha)), ttr((length(tetha) -1)/2+1:length(tetha))) в отличие от среднего косинуса, который определяется в 2 этапа: вначале для каждого угла определяется массив trcos(ii)= ttr(ii)*cos(tetha(ii)), далее с помощью взятия интеграла для каждого радиуса осуществляется суммирование по всем углам (sr_cos= trapz(tetha, trcos)). Массив для каждого радиуса части энергии, рассеянной назад по отношению к направлению первоначального распространения света: 0.5013, 0.5031, 0.5058, 0.5089, 0.5117, 0.5132, 0.5128, 0.5103, 0.5064, 0.5029, 0.5022, 0.5069, 0.5196, 0.5418, 0.5722, 0.6067, 0.6399, 0.6682 и 0.6912.

На рис. 3 приведено отношение энергий первой гармоники неодимового лазера, рассеянных назад и вперед, наночастицами вольфрама в матрице PETN. Точками на рис. 3 показаны рассчитанные значения, линия сплайн через 0.1 нм, позволяющий уточнить координаты характерных точек исследуемых зависимостей. Наночастицы радиуса больше 140 нм рассеивают в основном назад. Для определения рассеивающих свойств наночастиц в плоскопараллельном образце большое значение имеет рассеяние в диапазон углов полного внутреннего отражения. Для матрицы PETN (ma = 1/54) угол полного внутреннего отражения составляет asin(1/ma) = 0.70673 рад или asin(1/ma)*180/pi = 40.4927o. Диапазон углов, рассеивание под которыми не приводит к возможности непосредственного выхода света из образца, составляет от 40.5o до 139.5o. После рассеивание в этот диапазон свет может либо поглотиться на наночастице либо отразиться от границ образца. Именно такое рассеивание приводит к двум следствиям: существенному повышению освещенности в образце [4, c. 686, 33, c. 123, 37, c. 88] и смещению светового пучка в направлении, перпендикулярном начальному распространению [40, с. 509]. Доля рассеянного в данный диапазон углов для каждого радиуса определяется интегралом: TTp_b(ir)=trapz(tetha(itn:itk),ttr(itn:itk)), где θ(itn) равен 40.4927o, а θ(itk) 180o - θ(itn). Массив части энергии, рассеянной назад по отношению к направлению первоначального распространения света для каждого радиуса в диапазоне от 20 нм до 200 нм с шагом 190 нм представлен массивом: 0.6801, 0.6801, 0.6800, 0.6800, 0.6798, 0.6795, 0.6792, 0.6787, 0.6778, 0.6764, 0.6739, 0.6699, 0.6645, 0.6584, 0.6534, 0.6512, 0.6526, 0.6562, 0.6587. В первом приближении мы можем сказать, что доля рассеянного в диапазон углов полного внутреннего отражения слабо зависит от радиуса наночастиц и составляет существенную (порядка 2/3) часть рассеянного света. Обращает на себя внимание большое значение этой величины.

Фундаментальное значение имеет оценка оптических параметров наночастиц с определением комплексного показателя преломления наночастиц. Это единственный пока экспериментальный способ исследования оптических свойств наночастиц, который может дать ответ на вопрос как зависит mi от радиуса наночастицы. Автор выражает благодарность научному руководителю д.ф-м.н. А.В. Каленскому.

Список литературы:

1. Ananyeva M. V., Kalenskii A. V. et al. The optical properties of the cobalt nanoparticles in the transparent condensed matrices // Наносистемы: физика, химия, математика. – 2015. – Т. 6. – № 5. – С. 628 - 636.

2. Borovikova A. P., Kalenskii A. V., Zvekov A. A. Optical detonator on the basis of PETN dopped with cobalt nanoparticles // ЖСФУ. Серия: Химия. – 2016. – Т. 9. – № 2. – С. 152-158.

3. Kalenskii A. V., Ananyeva M. V. Spectral regularities of the critical energy density of the pentaerythriol tetranitrate - aluminium nanosystems initiated by the laser pulse // Наносистемы: физика, химия, математика. – 2014. – Т. 5. – № 6. – С. 803-810.

4. Zvekov A. A., Ananyeva M. V., Kalenskii A. V. et al.Regularities of light diffusion in the compo site material pentaery thriol tetranitrate – nickel // Наносистемы: физика, химия, математика. – 2014. – Т. 5. – № 5. – С. 685-691.

5. Zvekov A. A., Efimova O. S., Nikitin A. P. et al. Optical properties of soot simulation and experimental measurements for the application in special devices // ХвИУР. – 2016. – Т. 24. – № 4. – С. 577-583.

6. Zvekov A. A., Nikitin A. P., Galkina E. V. et al. The dependence of the critical energy density and hot-spot temperature on the radius metal nanoparticles in PETN // Наносистемы: физика, химия, математика. – 2016. – Т. 7. – № 6. – С. 1017–1023.

7. Адуев Б. П., Ананьев В. А., Никитин А. П. и др. Закономерности инициирования цепного и теплового взрыва энергетических материалов импульсным лазерным излучением // ХФ. – 2016. – Т. 35. – № 11. – С. 26-36.

8. Адуев Б. П., Нурмухаметов Д. Р., Белокуров Г. М. и др. Исследование оптических свойств наночастиц алюминия в тетранитропентаэритрите с использованием фотометрического шара // ЖТФ. – 2014. – Т. 84. – №9. – С. 126-131.

9. Адуев Б. П., Нурмухаметов Д. Р., Звеков А. А. и др. Особенности лазерного инициирования композитов на основе ТЭНа с включениями ультрадисперсных частиц алюминия // ФГВ. – 2016. – Т. 52. – № 6. – С. 104-110.

10. Адуев Б. П., Нурмухаметов Д. Р., Звеков А. А. и др. Модификация свойств взрывчатых материалов добавками нанодисперсных энергоемких металлических частиц // ХвИУР. – 2015. – Т. 23. – № 2. – С. 183-192.

11. Адуев Б. П., Нурмухаметов Д. Р., Ковалев Р. Ю. и др. Спектрально-кинетические закономерности лазерного инициирования композитов тэна с наночастицами металлов и угля // Известия ВУЗов. Физика. – 2016. – Т. 59. – № 9-2. – С. 136-139.

12. Адуев Б. П., Нурмухаметов Д. Р., Колмыков Р. П. и др. Взрывчатое разложение таблеток пентаэритриттетранитрата, содержащих наночастицы никеля различного радиуса. // ХФ. – 2016. – Т. 35. – № 8. – С. 37-43.

13. Адуев Б. П., Нурмухаметов Д. Р., Лисков И. Ю. и др.Температурная зависимость порога инициирования композита тетранитропентаэритрит–алюминий второй гармоникой неодимового лазера // ХФ. – 2015. – Т. 34. – № 7. – С. 54–57.

14. Газенаур Н. В., Никитин А. П., Каленский А. В. Температурная зависимость коэффициента эффективности поглощения наночастиц меди // Современные фундаментальные и прикладные исследования. – 2015. – № Специальный выпуск. – С. 22-26.

15. Газенаур Н.В. Энергетический критерий оптимизации оптического детонатора // Actualscience. – 2016. – Т. 2. – № 9. – С. 31-35.

16. Галкина В.В. Спектральные зависимости оптических свойств оксида меди (I) в вакууме // Actualscience. – 2016. – Т. 2. – № 12. – С. 158-162.

17. Галкина Е.В. Коэффициенты эффективности поглощения наночастиц олова в PETN на длине волны 1064 нм // Аспирант. – 2016. – № 1. – С. 78-81.

18. Галкина Е. В. Критерии взрывного разложения композитов PETN - наночастицы олова лазерным импульсом // Actualscience. – 2016. – Т. 2. – № 2. – С. 60-64.

19. Галкина Е.В. Пакет прикладных программ для оптимизации состава капсюля оптического детонатора на основе нанокомпозитов PETN-Sn // Современные фундаментальные и прикладные исследования. – 2016. – № 1 (20). – С. 28-34.

20. Галкина Е.В. Пакет прикладных программ для расчета теплофизических параметров взрывного разложения композитов на основе PETN // Современные фундаментальные и прикладные исследования. –2016. – Т. 2. – № 2 (21). – С. 26-34.

21. Звеков А.А., Галкина Е.В., Радченко К.А. Программный комплекс для расчета оптических свойств наночастиц со структурой ядро-оболочка // Современные фундаментальные и прикладные исследования. – 2016. – № 3 (22). – С. 25-31.

22. Звеков А.А., Каленский А.В. Схема электронных переходов стадии развития цепи // Современные фундаментальные и прикладные исследования. – 2015. – № 3 (18). – С. 28-33.

23. Звеков А. А., Каленский А. В., Адуев Б. П. и др. Расчет оптических свойств композитов пентаэритрит тетранитрат — наночастицы кобальта // ЖПС. – 2015. – Т. 82. – № 2. – С. 219-226.

24. Звеков А. А., Каленский А. В., Никитин А. П. Моделирование оптических свойств наночастиц никеля в среде гексогена // Современные фундаментальные и прикладные исследования. – 2015. – № Специальный выпуск. – С. 26-31.

25. Звеков А. А., Каленский А. В., Никитин А. П. и др. Моделирование распределения интенсивности в прозрачной среде с Френелевскими границами, содержащей наночастицы алюминия // Компьютерная оптика. – 2014. – Т. 38. – № 4. – С. 749-756.

26. Звеков А. А., Никитин А. П. и др. Особенности плазмонного резонанса в наночастицах различных металлов // Оптика и спектроскопия. – 2015. – Т. 118. – № 6. – С. 1012-1021.

27. Зыков И. Ю., Каленский А. В. Расчет спектральных закономерностей коэффициента эффективности поглощения наночастиц алюминия в гексогене // Современные фундаментальные и прикладные исследования. – 2015. – № 1 (16). – С. 37-42.

28. Зыков И. Ю., Каленский А. В. Микроочаговая модель инициирования взрыва азида серебра // Actualscience. – 2016. – Т. 2. – № 6. – С. 29-33.

29. Зыков И.Ю., Каленский А.В. Пакет прикладных программ для расчета кинетики взрывного разложения энергетического материала, содержащего наночастицы металла, при облучении лазерным импульсом // Аспирант. – 2015. – № 7. – С. 73-78.

30. Иващенко Г. Э., Галкина В. В., Радченко К. А. Спектральные зависимости коэффициента эффективности поглощения наночастиц никеля в PETN // Actualscience. – 2016. – Т. 2. – № 11. – С. 133-137.

31. Каленский А. В., Ананьева М. В., Звеков А. А. и др. Кинетические закономерности взрывчатого разложения таблеток ТЭН - алюминий // ЖТФ. – 2015. – Т. 85. – № 3. – С. 119-123.

32. Каленский А. В., Ананьева М. В., Звеков А. А. и др. Спектральная зависимость критической плотности энергии инициирования композитов на основе пентаэритриттетранитрата с наночастицами никеля // ФПСМ. – 2014. – Т. 11. – № 3. – С. 340-345.

33. Каленский А. В., Ананьева М. В. и др. Парадокс малых частиц при импульсном лазерном инициировании взрывного разложения энергетических материалов // ФГВ. – 2016. – Т. 52. – № 2. – С. 122-129.

34. Каленский А.В., Звеков А.А., Газенаур Н.В., Никитин А.П. Наноматериалы на основе прозрачной матрицы и наночастиц меди. // ФПСМ. – 2016. – Т. 13. – № 3. – С. 397-402.

35. Каленский А. В., Звеков А. А., Никитин А. П. и др. Оптические свойства наночастиц меди// Известия ВУЗов. Физика. – 2015. – Т. 58. – № 8. – С. 59-64.

36. Каленский А.В., Звеков А.А., Никитин А.П. и др. Оптические свойства наночастиц золота // Известия ВУЗов. Физика. – 2016. – Т. 59. – № 9-2. – С. 149-152.

37. Каленский А.В., Звеков А.А., Никитин А.П., Газенаур Н.В. Оптические свойства композитов на основе прозрачной матрицы и наночастиц меди. // Известия ВУЗов. Физика. – 2016. – Т. 59. – № 2. – С. 87-94.

38. Каленский А. В., Звеков А. А. и др. Влияние длины волны лазерного излучения на критическую плотность энергии инициирования энергетических материалов // ФГВ. – 2014. – Т. 50. – № 3. – С. 98-104.

39. Каленский А. В., Никитин А. П., Газенаур Н. В. Закономерности формирования очага взрывного разложения композитов PETN - медь // Actualscience. – 2015. – Т. 1. – № 4 (4). – С. 52-57.

40. Нелюбина Н. В., Пидгирный М. П. и др. Особенности обработки спектров окрашенных суспензий в кюветах с толстыми стенками // Компьютерная оптика. – 2016. – Т. 40. – № 4. – С. 508-515.

41. Радченко К. А. Оптические свойства наночастиц ванадия в прозрачных матрицах на длине волны 1064 нм // Actualscience. – 2016. – Т. 2. – № 7. – С. 53-57.