Информационное письмо
Образец оформления статьи
Анкета автора
17.09.2017

Субъект и субъективные признаки посредничества во взяточничестве

Дугаров Аюр Бадмадоржиевич
Юридический институт Байкальский государственный университет Иркутск. Российская Федерация
Аннотация: Проблема борьбы со взяточничеством всегда была острой для российского общества и в настоящее время является актуальным направлением в деятельности правоохранительных органов. Совершение данных преступлений не только нарушает нормальную деятельность властных управленческих структур, подрывает их престиж, но и создает у людей представление о возможности решить вопросы, получить желаемое, спасти себя и других лиц от ответственности за счет подкупа должностных лиц, занимающих государственные должности, устанавливаемые Конституцией РФ и федеральными законами либо законами субъектов РФ. В статье автором затрагиваются вопросы, касающиеся субъективной стороны пособничества во взятке.
Ключевые слова: взятка, взяточничество, пособничество во взяточничестве, субъект, субъективная сторона
Электронная версия
Скачать (655.5 Kb)

4 мая 2011 г. федеральным законом от 4 мая 2011 г. №97 – ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции» [2] в Уголовный кодекс РФ [1] была введена статья, которая предусматривает ответственность за посредничество во взяточничестве (ст. 291.1 УК РФ).

Посредничество во взяточничестве – на наш взгляд, одно из наиболее распространенных и опасных коррупционных преступлений, обладающее высокой латентностью, которое только одним своим наличием ставит под угрозу нормальную жизнедеятельность (хозяйственную деятельность) не только отдельно взятого гражданина и человека, но и всего государства в целом. Размеры взяточничества поражают своей масштабностью. Приведем статистику. Так, по данным Генеральной прокуратуры Российской Федерации, в 2016 г. было выявлено 4601 преступление против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, из них: 423 – посредничество во взяточничестве, за первый квартал 2017 г. выявлено 1009 преступлений коррупционной направленности [4]. Приведенные цифры говорят сами за себя.

Следует отметить, что данный состав преступления не является новым для отечественного уголовного законодательства. Понятие «Посредничество во взяточничестве» стало известно еще в советские времена. Как самостоятельное преступление оно регламентировалось по УК РСФСР 1922 г., УК РСФСР 1926 г.

Особенности введения в УК РФ данного состава преступления интересны и перспективны, на наш взгляд, требуют дальнейшего изучения прежде всего с позиции предупреждения и искоренения фактов совершения данного преступления.

Несовершенство уголовно-процессуального и уголовного законодательства, недостатки правоприменительной практики приводят часто при очевидной виновности отдельных лиц (как для законодателя, правоприменителя, так и для обывателя) в посредничестве во взяточничестве к избежанию (уклонению) от уголовной ответственности. В этих условиях правоохранительные органы прилагают много усилий для выявления и доказанности конкретных фактов посредничества во взяточничестве.

Правовое регулирование уголовной ответственности за посредничество во взяточничестве относится к категории весьма сложных для юридического анализа должностных преступлений. При квалификации посредничества во взяточничестве возникает немало проблем, поскольку многие вопросы на сегодняшний день исследованы недостаточно глубоко, без выработки конкретных путей их решения, учета последних изменений законодательства и практики его применения либо не рассмотрены вообще, что и обусловило надобность проведения анализа данного состава преступления.

Установление ответственности за посредничество во взяточничестве значительно усиливает ответственность лиц, способствующих даче или получению взятки. Такие действия становятся не соучастием в виде пособничества, организации или подстрекательства, а самостоятельным преступлением. Законодатель значительно расширил правовое поле ответственности за посредничество во взяточничестве, благодаря чему момент окончания преступления переносится на более раннюю стадию преступного поведения [14, с. 24-29].

Субъект преступления посредничества во взяточничестве, так же как и в даче взятки является общим, а именно вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста, который непосредственно передает взятку по поручению взяткодателя или взяткополучателя либо иным способом способствует взяткодателю и (или) взяткополучателю в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки [6, с. 490]. Исключением является совершение преступления с использованием своего служебного положения (ч.2 с. 291.1 УК РФ). В этом случае субъект –должностное лицо, государственный служащий или служащий органа местного самоуправления, не являющиеся должностными лицами, а также лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации [13, с. 120]. Посредничество с использованием своего служебного положения означает, что при совершении указанных в ч.1 ст. 291.1 УК действий лицо использует либо полномочия, наделение которыми определяет его статус специального субъекта, либо служебный авторитет в отношении непосредственно или опосредовано подчиненных, либо подконтрольных ему лиц.

Субъект преступления данного вида квалифицируется как посредник. Его статус при совершении преступного деяния имеет специфику, определяемую, в первую очередь, тем обстоятельством, что при совершении преступного деяния посредник может выражать интересы обеих сторон коррупционного отношения. Кроме того, необходимо отметить и «пассивный» характер его умысла. Иными словами, в отличие от участников коррупционных отношений посредник не добивается посредством взятки совершения должностным лицом тех или иных действий, в связи с чем, он представляет не свои, а чужие интересы. Таким образом, «пассивность» умысла посредника заключается в том, что он не принимает решения о передачи взятки, не определяет ее предмет и условия получения, вследствие чего, как правило, не выступает инициатором совершения преступления [7, с. 12].

Первым признаком субъекта посредничества во взяточничестве является то, что им должно быть физическое лицо. Как указано в ст. ст. 11-13 УК РФ субъектом могут быть граждане России, а также иностранные граждане и лица без гражданства.

Вторым признаком, которым обладает субъект преступления, является вменяемость. Под вменяемостью в теории уголовного права понимают такое состояние психики, при котором человек способен осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководил ими [12, с. 130].

В ст. 21 УК РФ данный признак субъекта преступления раскрывается через свою противоположность - невменяемость, включающую два юридических и четыре медицинских критерия. Под первым понимается неспособность лица осознавать фактический характер и общественную опасность своего деяния либо руководить им, то вторые из них включают в себя четыре разновидности психических расстройств: хроническое психическое расстройство, временное психическое расстройство, слабоумие либо иное болезненное состояние психики. При установлении хотя бы одного медицинского и одного юридического критерия уголовная ответственность исключается.

Третьим признаком субъекта преступления является установленный законом возраст привлечения к уголовной ответственности. В соответствии с ч.1 ст.20 УК РФ «уголовной ответственности подлежит лицо, достигшее ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста». Субъект посредничества во взяточничестве предполагает от шестнадцатилетнего возраста лица, подлежащего уголовной ответственности.

Субъективная сторона преступления традиционно включает обязательный признак (вину), а также факультативные признаки (мотив и цель). Применительно к составу посредничества во взяточничестве вина исчерпывает его субъективную сторону, тогда как мотив и цель не имеют значения для квалификации посреднических действий. Однако не следует полностью отрицать уголовно-правовое значение факультативных признаков субъективной стороны, в частности мотива, для состава посредничества во взяточничестве. Исходя из этого проанализируем содержание субъективной стороны посредничества во взяточничестве и рассмотрим вопросы квалификации, связанные с субъективной стороной посредничества во взяточничестве.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в виде прямого умысла. Лицо осознает, что передает взятку должностному лицу по поручению взяткодателя или взяткополучателя либо иным образом способствует взяткодателю и (или) взяткополучателю в достижении, либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, и желает совершить указанные действия [11, с. 982].

Б.В. Здравомыслов так описывал прямой умысел посредника: «Лицо сознает, что, действуя по поручению взяткодателя либо взяткополучателя, передает последнему предмет взятки, и желает совершить эти действия. Сознанием посредника должно охватываться и то, что на предмет взятки (то есть на имущественной вознаграждение) должностное лицо законного права не имеет, что передается она за совершение взяткополучателем действий с использованием своего служебного положения, что эти действия совершаются в интересах и в пользу взяткополучателя» [8, с. 68-69]. То есть предметное содержания умысла посредника должно соответствовать предметному содержанию умысла взяткодателя или взяткополучателя. Посредник должен сознавать, что умыслом последних охватывается факт дачи или получения взятки. Разница только в том, что предметом психического отношения посредника выступают объективные признаки его собственного деяния.

Мотивы и цели посредничества во взяточничестве могут быть различными и на квалификацию преступления никаким образом не влияют. Ими могут быть как корыстные побуждения (оказание посреднических услуг за вознаграждение), так и иные мотивы, например, ложно понятые интересы службы, желание угодить начальнику и т.д. [10, с. 884]

Таким образом, при физическом посредничестве лицо осознает факт принятия им взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя при последующей ее передаче взяткополучателю, предвидит возможность или неизбежность передачи взятки взяткополучателю и желает передачи взятки.

Для констатации интеллектуального элемента прямого умысла физического посредника необходимо установить осознание им всех юридически значимых физических обстоятельств, характеризующих содеянное как взяточничество. В частности, посредник должен осознавать, что:

- принимаемые им материальные ценности являются взяткой; - принимаемая им взятка предназначена для передачи взяткополучателю;

- поручение на передачу взятки получено от взяткодателя или взяткополучателя. Волевой элемент прямого умысла физического посредника заключается в желании передать принятую им от взяткодателя (его посредника) взятку взяткополучателю.

При интеллектуальном посредничестве лицо осознает факт своего способствования взяткодателю и (или) взяткополучателю в достижении или реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере, предвидит возможность или неизбежность реального содействия в достижении либо реализации соглашения между взяточниками в значительном размере и желает способствовании такому соглашению.

Для констатации интеллектуального элемента прямого умысла при данной форме посредничества также необходимо установить, что субъект осознавал все юридически значимые фактические обстоятельства, характеризующие содеянное как взяточничество. В частности, интеллектуальный посредник должен осознавать, что:

- оказывает способствование взяткодателю или взяткополучателю;

- способствование состоит в содействии взяточникам в достижении либо реализации соглашения между ними о передаче одному из них взятки за его действия (бездействие) по службе;

- предметом соглашения между взяткодателем и взяткополучателем является взятка в значительном размере.

Волевой элемент прямого умысла интеллектуального посредника заключается в желании способствовать взяточникам в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере [9, с. 14].

Если возникла ситуация, при которой лицо, фактически являющееся посредником не было осведомлено о преступных намерениях взяткодателя и взяткополучателя, и по этой причине заблуждалось относительно характера совершаемых действий, считая их правомерными, оно не подлежит ответственности по ст. 291.1 УК РФ ввиду отсутствия субъективной стороны состава преступления (например, взяткополучатель попросил своего хорошего знакомого забрать денежные средства, фактически являющиеся взяткой от взяткодателя и передать их ему, при этом не проинформировав знакомого об истинных обстоятельствах происходящего, а сообщив последнему ложные сведения, что эти деньги были взяты в долг или, что это возврат долга).

Если посредник, передавший имущественные ценности, за совершение должностным лицом действий (бездействие) по службе, либо иным образом способствовавший должностному лицу и (или) лицу, заинтересованному в соответствующем его поведении по службе, в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче имущественных ценностей в значительном размере, осознавал, что указанные ценности не предназначены для незаконного обогащения должностного лица либо его родных или близких, содеянное им не образует состава преступления, предусмотренного ст. 291.1 УК РФ [3].

При наличии к тому оснований его действия могут быть оценены как соучастие в злоупотреблении или превышении должностными полномочиями в виде пособника, подстрекателя или организатора в зависимости от выполненной роли в совершенном преступлении.

В современной науке часто встречается мнение о том, что состав посредничества во взяточничестве в обязательном порядке предполагает наличие у субъекта преступного деяния четко определенного умысла. Данное мнение не подтверждается практикой, поскольку проведенный анализ уголовных дел по данному виду преступления показал, что около 50 процентов посредничества во взяточничестве происходят в результате внезапно возникшего умысла к совершению преступления. Такая ситуация характеризует, как правило, случаи «бытовой коррупции», когда для решения какой-то отдельной проблемы (как правило, для получения возможности оперативного и внеочередного получения какой- либо государственной услуги) лицами, имеющими соответствующий «коррупционный выход», при обращении к ним третьих лиц предлагается «решить вопрос». Вышесказанное позволяет констатировать тот факт, что квалификация посредничества во взяточничестве не может ставиться в зависимость от момента возникновения умысла на совершение данного преступления.

Субъективная сторона посредничества во взяточничестве характеризуется также наличием специальной цели, которая состоит в побуждении и стимулировании должностного лица посредством передачи ему взятки к совершению определенных действий (либо бездействия) в рамках своей компетенции в интересах взяткодателя.

Мотив совершения преступного деяния может быть любым, но наиболее частой причиной его совершения является личная заинтересованность в получении финансовой выгоды [5, с. 41-44].

Итак, резюмируя все вышесказанное можно сделать основные выводы:

1. Субъект посредничества во взяточничестве является общим, то есть физическим вменяемым лицом, достигшим к моменту совершения преступления шестнадцатилетнего возраста. Исключением является субъект в квалифицированном составе данного преступления (ч.2 ст. 291.1 УК РФ)- лицо, использующее свое служебное положение.

2. Полагаем, что посредника во взяточничестве следует рассматривать в качестве специально выделенного вида пособника в даче или получении взятки, который может выполнить не только действия, перечисленные в ч. 5 ст. 33 УК РФ, но еще и осуществлять непосредственные передачу или получение предмета взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя. При этом посредник может совершать различные действия, относящиеся к пособничеству в даче или получении взятки, что не требует квалификации таковых по статьям 290 или 291 УК РФ со ссылкой на часть пятую ст.33 УК РФ.

3. Следует отметить, сто субъективная сторона посредничества во взяточничестве характеризуется умышленной формой вины в виде прямого умысла. Не следует забывать, что при совершении противоправных действий виновный осознает общественную опасность своего деяния в виде непосредственной передачи предмета взятки по поручению взяткодателя и взяткополучателя либо иного способствования взяткодателю и взяткополучателю в достижении, либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере, и желает его совершить. Мотив и цель с которой действует виновных данного преступления на его квалификацию не влияет.

Список литературы:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 29.07.2017) // Собрание законодательства РФ.1996. № 25. Ст. 2954.

2. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции. Федеральный закон от 04.05.2011 № 97-ФЗ (ред. от 04.06.2014) // Собрание законодательства РФ. 2011. № 19. Ст. 2714.

3. О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях [Электронный ресурс] : постановление Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г №24 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, сентябрь 2013 г., № 9.

4. Официальный сайт МВД России. Статистика // Электронный ресурс. Режим доступа http://crimestat.ru/offenses_chart (дата обращения: 14.04.2017 г.).

5. Белов С.Д., Чекмачева Н.В. Уголовное преследование за посредничество во взяточничестве // Законность. 2011. № 10. С. 41 - 44.

6. Горелик А.С. Преступления против правосудия. СПб., 2005. С.490.

7. Егиян А.М. Посредничество во взяточничестве: субъект и субъективная сторона. Южно-Сахалинск, 2014. С.12.

8. Здравомыслов. Б.В. Квалификация взяточничества: учеб. пособие. М., 1991. С. 68-69.

9. Исайкин Р.А., Быков А.В. Некоторые проблемы уголовно-правовой квалификации посредничества во взяточничестве // Следователь. 2014. №5. С. 14.

10. Подройкина И.А.Уголовное право: учебник. Особенная часть / под ред. Е.В. Серегина, С.И. Улезько. М., 2009. С. 884.

11. Уголовное право России: учебник. Часть общая и особенная / под ред. А.В. Бриллиантова. М., 2015. С.982.

12. Уголовное право. Общая часть: Учебник / Под ред. М.И Рарога. М. 2015. С. 130.

13. Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление: уголовная ответственность. М., 2002. С.120.

14. Яни П.С. Проблемы квалификации посредничества во взяточничестве // Законность. 2013. № 2. С. 24 - 29.