Информационное письмо
Образец оформления статьи
Анкета автора
03.09.2015

Сроки содержания под стражей лиц, подлежащих экстрадиции

Вениаминов Андрей Германович
Кандидат юридических наук, доцент кафедры адвокатуры и организации правоохранительной деятельности, Российский государственный социальный университет, г. Москва, Российская Федерация
Аннотация: Статья исследует практические проблемы, связанные с исчислением сроков содержания под стражей лиц, задержанных по запросу иностранного государства для их последующей экстрадиции. Актуальность исследования обусловлена наличием очевидных пробелов в российском законодательстве, регулирующим сроки содержания под стражей лиц указанной категории и процедуру их продления, а также их пределы. Помимо выдачи лица для уголовного преследования, затронута проблема определения сроков нахождения под арестом также и лиц, подлежащих передаче для отбывания наказания и применения принудительного лечения в государство, гражданином которого они являются или постоянно или временно проживают.
Ключевые слова: сроки содержания под стражей, экстрадиция, запрос иностранного государства, передача для отбывания наказания, принудительное лечение, нахождение под арестом, продление, пробел
Электронная версия
Скачать (475 Kb)

Борьба с преступностью и изобличение лиц, виновных в совершении преступлений, – необходимое условие построения демократического правового государства в России, в котором человек максимально защищён от возможных преступных посягательств [3, с. 201]. С целью предотвращения возможности скрыться от органов предварительного следствия и суда лиц, виновных в совершении преступлений, российское законодательство предусматривает возможность их экстрадиции.

Экстрадицию можно определить «как осуществляемую в процессуальном порядке деятельность компетентных органов двух и более государств, основанную на нормах национального и международного права, а также принципе взаимности, направленную на обеспечение выдачи лиц, совершивших преступление, для уголовного преследования, привлечения их к уголовной ответственности и (или) исполнения приговора, а также передачу осуждённых лиц для отбывания наказания в государство, гражданами которого они являются или постоянно в нем проживают, либо применения по отношению к ним принудительных мер медицинского характера» [2].

Следует подчеркнуть, что срок содержания под стражей лица, подлежащего экстрадиции, не в полном объёме регулируется положениями ст. 109 УПК РФ. Согласно положениям данной статьи, срок содержания под стражей составляет два месяца, в то время как законодательством запрашивающего выдачу государства может быть предусмотрен иной срок содержания под стражей, который обычно применяется в рамках уголовного судопроизводства в данном государстве. Таким образом, возникает неизбежная коллизия норм иностранного и национального права, связанная с возможным различием в исчислении срока содержания под стражей лица, подлежащего экстрадиции. При этом продление такого срока возможно на основании решения, вынесенного российским судом в порядке, определённом ст. 109 УПК РФ.

Отметим, что ещё в советской доктрине уголовно-процессуального права А.И. Бастрыкиным указывалось, что хотя международные договоры не устанавливают предельных сроков содержания лица, взятого под стражу по требованию о выдаче, содержание под стражей в качестве меры пресечения не может продолжаться более сроков, установленных законом. Следовательно, продление срока содержания под стражей лица, подлежащего выдаче иностранному государству, осуществляется в порядке, установленном национальным законодательством [1, с. 45-46].

Следует также обратить внимание на то, что в законе не урегулировано, прокурор какого уровня должен обращаться в суд с ходатайством о продлении срока содержания под стражей свыше 6 месяцев. Так, согласно ст. 109 УПК РФ, срок содержания обвиняемого под стражей может быть продлён судом на основании ходатайства следователя, вынесенного с согласия руководителя Следственного Управления Следственного комитета РФ уровня субъекта Федерации, либо председателя Следственного комитета РФ свыше 6 и 12 месяцев соответственно. Видимо, аналогично должны соблюдаться требования иерархичности должностных лиц органов прокуратуры РФ при составлении ходатайства о продлении срока содержания под стражей лиц, подлежащих выдаче для уголовного преследования. Нарушение указанного требования может повлечь за собой отказ суда в удовлетворении заявленного ходатайства о продлении срока содержания под стражей. Также должны соблюдаться требования о рассмотрении ходатайства о продлении срока содержания под стражей свыше 12 месяцев судом, указанным в ч. 3 ст. 31 УПК РФ.

Следовательно, надлежит внести следующие изменения в ст. 109 УПК РФ, а именно дополнить её частью 3.1. следующего содержания:

«3.1. Продление срока содержания под стражей лица, в целях обеспечения его выдачи по запросу иностранного государства в порядке главы 54 настоящего Кодекса, осуществляется в соответствии с частями 2 и 3 настоящей статьи по ходатайству прокурора района, города или приравненного к нему военного прокурора на срок до 6 месяцев, прокурора субъекта Российской Федерации, или приравненного к нему военного прокурора на срок от 6 до 12 месяцев, и Генерального прокурора Российской Федерации или Главного военного прокурора Российской Федерации на срок от 12 до 18 месяцев».

Важным шагом на пути преодоления указанных проблем стало принятие постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 октября 2009 года № 22 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» [4]. Согласно п. 34 названного постановления, «если к запросу о выдаче прилагается решение судебного органа иностранного государства о заключении такого лица под стражу, то прокурор в соответствии с частью 2 статьи 466 УПК РФ вправе заключить его под стражу без подтверждения судом указанного решения на срок, не превышающий 2 месяца (часть 1 статьи 109 УПК РФ). Решение прокурора может быть обжаловано в суд в соответствии со статьей 125 УПК РФ. При принятии решения о заключении под стражу лица, выдача которого требуется, судам необходимо учитывать, что лицо, взятое под стражу, должно быть освобождено, если требование о выдаче не будет получено в течение 40 дней со дня взятия под стражу. Продлевая срок содержания под стражей в отношении такого лица, суду необходимо руководствоваться положениями статьи 109 УПК РФ».

Отметим, что данным постановлением Верховный Суд РФ ответил на поставленный выше дискуссионный вопрос об исчислении срока содержания под стражей в отношении выдаваемого лица на основании соответствующего решения суда иностранного государства в пользу двухмесячного срока, то есть установленного ч. 1 ст. 109 УПК РФ. Следуя указанной позиции Верховного Суда РФ, можно утверждать, что предельный срок содержания под стражей подлежащего экстрадиции лица установлен частями 2 и 3 ст. 109 УПК РФ, и должен составлять соответственно 6, 12 и 18 месяцев в зависимости от тяжести деяния, за совершение которого запрашивается выдача.

Стоит ожидать, что после принятия указанного постановления, содержащего нормы руководящего характера для нижестоящих судов, в сфере правоприменения норм об экстрадиции не будет допускаться ошибок при толковании ст.ст. 108, 109, 125, 466 УПК РФ в части порядка избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, исчисления её срока, порядка продления и обжалования действий органов прокуратуры. Однако, при этом Верховный Суд РФ не затронул проблемы избрания и применения меры пресечения до поступления запроса о выдаче в течение 48 часов с момента задержания лица, рассмотрения вопроса обжалования решений суда в части избрания, продления, изменения и отмены меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении лиц, подлежащих экстрадиции. Кроме того, редакция главы 54 УПК РФ остается пока неизменной.

Поскольку Верховный Суд РФ в постановлении от 28 октября 2009 г. № 22 не затронул вопросы продления сроков содержания под стражей лиц, подлежащих выдаче для исполнения приговора (в нём говорится лишь о выдаче для уголовного преследования – прим. автора), отмеченная проблема остается пока не до конца решенной.

Также Пленум Верховного Суда РФ не ответил на важнейший вопрос о сроках содержания под стражей в рамках процедуры экстрадиции. Ни УПК РФ, ни вышеперечисленные решения Верховного Суда РФ, Конституционного Суда РФ, не устанавливают и не отвечают на вопрос о том, до какого момента исчисляется срок содержания под стражей лица, выдача которого запрошена иностранным государством. Здесь возможны два варианта: либо до принятия Генеральным прокурором РФ или его заместителем решения о выдаче лица и вступления его в законную силу, либо до согласования властями РФ и иностранного государства времени и места передачи выдаваемого лица. Полагаем, что данный вопрос носит острый характер с теоретической и практической точек зрения.

Кроме того, на практике возможны случаи, когда на момент принятия решения о выдаче срок содержания лица под стражей приближается к установленному законом предельному сроку (6, 12 или 18 месяцев соответственно) и требуется незамедлительно согласовать условия экстрадиции. При этом лицо в ходе этапирования может быть перевезено в другой субъект РФ, прокурор которого ранее не осуществлял проверочные мероприятия, касающиеся процедуры экстрадиции данного лица. По наступлению предельного срока содержания под стражей, соответствующее лицо и его защитник могут, в целях затягивания процесса выдачи, а также исключения таковой по политическим мотивам, обратиться в территориальный отдел федерального органа исполнительной власти с ходатайством о признании его вынужденным переселенцем в соответствии с Федеральным законом от 19 февраля 1993 г. № 4530-I «О вынужденных переселенцах», либо беженцем в соответствии с Федеральным законом от 19 февраля 1993 г. № 4528-I «О беженцах». После чего до окончания рассмотрения соответствующих обращений лицо, в отношении которого ведется процедура экстрадиции, не может быть вывезено с территории РФ, в то время как по истечении предельного срока содержания под стражей оно подлежит освобождению.

Отметим, что ряд обвиняемых в настоящее время также активно пользуются возможностью обращения в Европейский Суд по правам человека для приостановления экстрадиции [5]. Здесь же укажем, что лицо подлежит незамедлительному освобождению из-под стражи в случае вынесения Генеральным прокурором РФ или его заместителем решения об отказе в выдаче лица.

В случае же, если срока в 18 месяцев, в течение которого выдаваемое лицо содержится под стражей, для принятия решения о выдаче и согласования ее времени и места оказывается недостаточным, в том числе в результате злоупотреблений всевозможными процедурами самого лица, может быть предложен следующий способ.

Согласно ст. 67-1 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, заключённой 22 января 1993 г. в г. Минске, (далее – Минская конвенция), освобождение лица по различным основаниям не препятствует его повторному задержанию и взятию под стражу в целях его выдачи при наличии соответствующего запроса. Кроме того, приведённые нами выше нормы об экстрадиции не содержат каких-либо запретов или ограничений, касающихся направления повторного запроса о выдаче требуемого лица. Следовательно, мы полагаем возможным, как бы это не ограничивало конституционные права задержанных лиц, повторное избрание или применение прокурором в порядке ст. 466 УПК РФ меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении лица, которое ранее было освобождено по истечении предельного срока.

Такая процедура может иметь законное основание также в случае направления иностранным государством нового запроса о выдаче (не исключено изменение его содержания, например, в связи с изменением объёма обвинений в отношении лица по причине изменения сроков давности привлечения к уголовной ответственности по отдельному эпизоду). В таком случае срок содержания лица под стражей вновь будет установлен в два месяца с возможностью дальнейшего продления на необходимое время. Однако применять повторное задержание следует только в исключительных случаях, связанных, главным образом, со злоупотреблением со стороны самого лица, подлежащего выдаче.

Необходимо также отметить, что в УПК РФ имеется ещё одна правовая норма, также, на наш взгляд, затрагивающая вопрос содержания под стражей лица, подлежащего экстрадиции. Речь идёт о ст. 477 УПК, регулирующей порядок передачи выдаваемого лица. Согласно части 1 данной статьи, передача лица, подлежащего выдаче, осуществляется в пределах 15 суток со дня, установленного для такой передачи. Данный срок может быть продлён до 15 суток, как прямо указано в законе.

Так, в силу статьи 467 УПК РФ, в случае, если иностранное государство не может по независящим от него обстоятельствам принять, а равно Российская Федерация по независящим от неё обстоятельствам передать лицо, подлежащее экстрадиции, дата передачи может быть перенесена (отсрочена) на срок не более 15 суток.

Согласно ч. 3 ст. 477 УПК РФ, лицо, подлежащее выдаче, подлежит освобождению по истечению 30 суток со дня, установленного для его передачи. Следовательно, данный срок является предельным, когда лицо, подлежащее экстрадиции, может содержаться под стражей, и продлению в порядке ст. 109 УПК РФ не подлежит.

Анализ теоретических и практических вопросов, связанных с применением к лицу, подлежащему экстрадиции, меры пресечения в виде заключения под стражу, позволяет отметить, что указанная форма процессуального принуждения является, по сути, единственно применимой в сфере правоотношений, возникающих в связи с экстрадицией. Так, содержание лица под стражей является необходимым средством обеспечения экстрадиции, поскольку процесс выдачи лица для уголовного преследования или исполнения приговора, безусловно, предполагает принудительное доставление лица в соответствующее государство.

Следует учесть, что добровольное согласие лица выехать в другое государство в вышеуказанных целях, в том числе обеспечиваемое избранием в отношении него, например, залога или иной меры пресечения, не связанной с лишением свободы, без сопровождения представителей власти передающего это лицо государству, для которого такая выдача является обязательной в силу норм международного права, не является проявлением экстрадиции.

Что касается передачи лица для отбывания наказания в государство, гражданином которого оно является, то в этом случае данное лицо содержится под стражей на основании соответствующего судебного приговора, которым ему назначается наказание в виде лишения свободы. Следовательно, содержание лица под стражей напрямую связано с соответствующей формой экстрадиции, и иная мера процессуального принуждения в данном случае невозможна.

Единственным исключением из указанного правила является возможность применения к лицу, подлежащему выдаче для уголовного преследования, меры пресечения в виде домашнего ареста, которому оно может быть подвергнуто на основании решения прокурора в порядке ч. 2 ст. 466 УПК РФ.

Однако данное решение принимается прокурором лишь в случае, когда запрашивающее выдачу государство прилагает к соответствующему запросу решение суда об избрании в отношении лица меры пресечения в виде заключения под стражу. Кроме того, как отмечено выше, непосредственная передача выдаваемого лица осуществляется только путём принудительного сопровождения, что обеспечивается ограничением его свободы.

В заключение стоит рассмотреть вопрос о содержании под стражей лиц, подлежащих передаче в государство, гражданами которого они являются, для применения принудительного лечения. Как известно, в действующем УПК РФ не урегулирован вопрос о передаче лиц, страдающих психическими расстройствами, для применения к ним принудительных мер медицинского характера в государстве, гражданами которого они являются. На законодательном уровне вопрос содержания под стражей лиц, подлежащих передаче для принудительного лечения, соответственно также не предусмотрен.

Граждане иностранных государств, в отношении которых имеется вступившее в законную силу решение суда о применении в отношении них принудительных мер медицинского характера, подлежат согласно Конвенции СНГ о передаче лиц, страдающих психическими расстройствами для принудительного лечения от 28 марта 1997 года передаче в соответствующее государство, где должны быть помещены в специализированные медицинские учреждения для принудительного лечения.

В соответствии со ст. 443 УПК РФ, суд выносит постановление о применении в отношении невменяемого лица конкретной принудительной меры медицинского характера и одновременно решает вопрос об отмене в отношении него меры пресечения. Поэтому после вынесения указанного постановления судом, лицо, совершившее запрещенное законом деяние в состоянии невменяемости, подлежит освобождению из-под стражи и помещению в соответствующее медицинское учреждение. Каких-либо ограничений для иностранных граждан и лиц без гражданства Закон РФ от 02 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» при осуществлении в отношении них принудительного лечения не содержит. Кроме того, в силу ст. 3 названного Закона, иностранные граждане и лица без гражданства пользуются всеми правами на оказание психиатрической помощи наравне с гражданами РФ.

Но при этом в силу не урегулирования уголовно-процессуальным законом РФ порядка передачи для применения принудительных мер медицинского характера, лица, подлежащие принудительному лечению в иностранном государстве, остаются содержаться в учреждениях Министерства здравоохранения РФ, что является нарушением их прав на оказание соответствующей психиатрической помощи в государстве, гражданами которого они являются или постоянно в нем проживают.

Таким образом, вопросы содержания под стражей лиц, подлежащих экстрадиции, нуждаются в скорейшем законодательном урегулировании, что заставляет нас ещё раз подчеркнуть важность проблемы всеобъемлющего законодательного оформления экстрадиции в целом в национальном законодательстве России.

Список литературы:

  1. Бастрыкин А.И. Процессуальные проблемы участия СССР в международной борьбе с преступностью. Л., 1985.
  2. Вениаминов А.Г., Грудинин Н.С., Лопатин А.В. Экстрадиция. Проблемы понятия и отраслевой принадлежности // Nauka-rastudent.ru. – 2015. – №. 13 (13-2015) / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: http://nauka-rastudent.ru/13/2363/ (дата обращения: 28.08.2015).
  3. Грудинин Н.С. Феномен преступности в современной России // Научный альманах. 2014. № 2 (2). – С. 201-208.
  4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 октября 2009 года № 22 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2010. № 1. – С. 8-14.
  5. Соковнин А. Казахскую банкиршу защитили российским СИЗО // «Коммерсантъ» от 28 июня 2010 года.